Ждать осталось десять лет?.

Автор — Виктор БАРАКОВ(Вологда)

Прошло уже более тридцати лет после начала перестройки, и все эти десятилетия душе неимоверно тяжело, словно сделано что-то очень нехорошее, гадкое, словно я кого-то или что-то предал, либо предали, — коварно и цинично, — меня и всех нас.

Валентин Григорьевич Распутин на IХ Всемирном русском народном соборе подвел «итоги» прошедших десятилетий: «Сегодня мы живём в оккупированной стране, в этом не может быть никакого сомнения. То, чего врагам нашего Отечества не удавалось добиться на полях сражений, предательски совершилось под видом демократических реформ <…> Разрушения и жертвы, как на войне, запущенные поля и оставленные в спешке территории – как при отступлении <…> Что такое оккупация? Это устройство чужого порядка на занятой противником территории. Отвечает ли нынешнее положение России этому условию? Ещё как! Чужие способы управления и хозяйствования, вывоз национальных богатств, коренное население на положении людей третьего сорта, чуждая культура и чужое образование, чужие песни и нравы, чужие законы и праздники. Чужие голоса в средствах массовой информации, чужая любовь и чужая архитектура городов и посёлков – всё почти чужое, и если что позволяется своё, то в скудных нормах оккупационного режима…» (Распутин В.Г. Выступление на IХ Всемирном Русском Народном Соборе // IХ Всемирный Русский Народный Собор. Стенограмма. М.2006. С.56).

Не хочу проклинать Горбачева – если виноват только он, было бы спокойнее и легче. Не хочу сравнивать две эпохи в цифрах – и без них сердце помнит, что то время, в отличие от «девяностых», «нулевых» и «десятых», было внутренне цельным и счастливым, несмотря на аскетичность быта, — а может быть, именно поэтому!

Больнее всего признаться самому себе, что и я приложил к этому свою руку, и я говорил и писал лживые слова, бездумно повторяя, — вслед за другими, — приготовленные в невидимой дьявольской лаборатории формулировки, казавшиеся аксиомами.

Прежде всего, надо сказать о революции, — той самой, Октябрьской, которую и до сих пор называют большевистским переворотом.

Дело не в большевиках, а в том, что она, — кровавая, антирусская и богоборческая поначалу, — на самом деле оказалась для России спасением. «Только за границей, — говорил Сергей Есенин, — я понял совершенно ясно, как велика заслуга русской революции, спасшей мир от безнадежного мещанства»(http://esenin.ru/pisma).

Спасением от капиталистической жадности, пробудившей (и пробуждающей) самые низменные человеческие чувства.

Спасением от разврата, — в православной стране официально были разрешены публичные дома, а студентов за хорошую учебу премировали бесплатными билетами в эти заведения!

Спасением от аристократической спеси, — даже «дворянин» Никита Михалков считает слом сословных перегородок благом.

Спасением от дикой и садистской эксплуатации взрослых и даже детей, — прочтите, например, «Срочный фрахт» Бориса Лавренева.

Спасением от неправомерной жестокости властей, — никто не посмеет отрицать, что были и Ленский расстрел, и Кровавое воскресенье, — и не важно, кто в этом виноват.

Спасением – страшно сказать! – от обезглавленной петровскими реформами церкви, — не Церкви Христа, которую не одолеют никогда врата адовы, а церкви земной, обрядоверческой, в которую загоняли силой, требуя ежегодно справку об обязательном причастии! Не случайно, далеко не случайно от нее отвернулся народ – лишь кровью новомучеников была восстановлена тайная связь, никогда не обрывавшаяся лишь у истинно православных.

Спасением от череды бессмысленных проигранных войн, в которых погибли, — непонятно зачем и почему, — миллионы, а барыши подсчитывали сами знаете кто…    Скажете, что надо было спасти православную Сербию? – В эту маленькую страну достаточно было послать добровольцев, – как и в случае с Болгарией, искренне «благодарной» нам за это.

Спасением, наконец, от царя, прекрасные человеческие качества которого, прославленные церковью, не отменяют всех его диких ошибок в государственном управлении, — чего стоит, например, отправка на верную цусимскую гибель эскадры Рожественского, — притом, что Порт-Артур уже был сдан! Не случайно никто палец о палец не ударил, чтобы спасти императора и его семью, — за это предательство (отсутствие милосердия) мы тоже расплачиваемся по сию пору.

О монархии сегодня говорить просто глупо. И в церкви нет единомыслия, и в сердце народа для нее нет места:

О чём сыр-бор? Жирует нежить.
Сверкают лаком башмаки.
И носят их всё те же, те же,
Кто давит русские ростки.

И слышу споры ненароком,
Глаголы правды, без конца,
Что где-то там, почти под боком,
Готовый Дом, готовый царь.

Вези, помажь, и вся благая
Взойдёт на Русской стороне…
Тихонько лиру отлагаю
И вижу грабли на стене.

Всё было, всё! Не обличаю.
Беда с умом и без ума.
Хочу вместить и не вмещаю:
Царь и… публичные дома.

Какая там защита Веры?
Безбожие ласкало слух,
Когда идеями Вольтера
Царица возвышала дух.

А ныне? Из краёв нерусских
Зовут, кто Западом пропах…
Чтоб стать подмёткою французской
На тех же самых башмаках?

Пока созвездия в столицах,
А «просветители» в Кремле —
Покой нам будет только сниться
На вымирающей земле.

Без Бога мы ничтожней праха!
Беда в сердцах — не у дверей.
Беда не в том, что нет монарха,
А что забыт наш Царь царей.

Потуги жалкие безплодны
Многоглаголющих в поту:
Нам не воскреснуть всенародно,
Пока не припадём к Христу!

(Иеромонах Роман. Сыр-бор. 18-19 марта 2015 г., скит Ветрово)

О советском строе и советском человеке…

Не знаю, как насчет коммунизма (идеал земного рая недостижим, но ведь надо было спасти нас от ада!), но социализм был построен: «Россия переварила коммунизм» (В.Г. Распутин).

Построен он был неимоверным подвигом наших прадедов, дедов и отцов, положивших свои головы, — между прочим, в большинстве своем, абсолютно добровольно! – на алтарь этой победы. Кто-то, увы, в репрессиях, — не таких массовых, как пишут, и не всегда несправедливых. А большинство – на полях сражения, величие которого до сих пор не дает спокойно спать нашим заклятым «партнерам».

Неужели все они ошиблись? Неужели огромные жертвы были напрасны?

На самом деле ошиблись не они, а мы, назвав их (и себя) «совками» и «детьми Шарикова».

Мы нарушили пятую заповедь («Почитай отца твоего и мать твою…») и получили совершенно заслуженное возмездие.

Они устроили свою жизнь справедливо, насколько это было тогда возможно, а мы доныне повторяем, как заклинание: «Мы против уравниловки!»

Все это неправда. Зарплаты были близкими, но не равными: кандидат наук получал в разы больше, чем, например, уборщица. О сегодняшнем бесстыдстве в оплате подлинного труда и «труда» кровососущих олигархов и вспоминать противно.

Еще одна неправда – в утверждении «аксиомы»: частная собственность эффективнее государственной. Если бы это было так, то мы бы не топтались на месте, мечтая о ВВП уровня 1989 года, не завидовали бы Китаю.

О равенстве и справедливости…

Почему устроение земной жизни в монастырях, где нестяжание, – само собой разумеющееся явление, — не порицается, а обустройство своего дома – России – по законам добра и справедливости считается чем-то постыдным, недостойным и чуть ли не еретическим?

Есть во всем этом какая-то глубинная неправда, излишняя надежда на милосердие Божие. Между прочим, в Библии сказано о соработничестве: «Вера без дел мертва».

Социализм рухнул потому, что был построен на песке, но что нам мешает воссоздать его на камне веры?

Что же ждет нас впереди?

В православной среде бытует убеждение, что этот кошмар закончится через десять лет – Моисей ровно сорок лет выводил свой народ из пустыни.

Хорошо, если так.

Только пустыню, в которую мы превратили собственную страну, возделывать будем мы.

Только мы сами.

И никто, кроме нас.

РОССИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ — газета Союза писателей России

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *